Алексей Фукс (afuchs) wrote,
Алексей Фукс
afuchs

Categories:

Заметки для себя

Некто Леонид Костюков написал даденную мне без моего участия почитать книжку "Великая страна" и оказался довольно известным и плодовитым литературным критиком и писателем.
В Вавилонеру даже его борода есть.
Книжка "Великая страна" написана (за исключением самого начала и нескольких концов) так, будто ее складно и очень плохо перевели с английского:

– Хай, Горли, – сказал Скайлз. – Возьми джус в холодильнике.
– Тебе вынуть?
– Уверен. Как ты поживаешь?
– Благодарности. Как мой крестник?
– Затрахал всю семью и няньку впридачу.
– Рад, что у вас все в порядке.
– Благодарение Богу.

Если я правильно понял Леонида Костюкова (в чём я теперь не уверен), книга о представлении россиянина об Американской Жизни, где бывший русский Давид Гуренко становится метафизической (как впоследствии выясняется) американкой Мэгги, создающей обратную связь - рассказывающей концептуальным американцам о школе Станиславского и розовой воде в реках, по которым лосось, обдирая кожу, идёт на нерест.
Книга читается, разумеется, просто и быстро как сочинения пародируемого жанра, оставляя в недоумении.
Это моё недоумение перемещает из Вавилона в принтер повесть "Первый московский маршрут" и литературно-критические "Заметки для себя". Эти заметки, хоть и разнородны, но, кажется, не зря собраны в одну папку в определённом порядке. Основная тема - возможность науки о литературе; прочтение последнего предложения превращает название в апологию: "И без человека, сочетающего в себе гений ученого, вкус и любовь к литературе и отсутствие собственных писательских амбиций, эта наука не состоится."
Вообще, в последней части "О возможности системы" много апологий, почти каждая вторая фраза. Две основные мысли: введение уровня "интерсубъекта", между субъектом и объектом - то, чего мне так не хватало в общении с берклианцем БХ из предыдущих постов и покинутого общежития, и концепция "первомира", того, с которого списан реальный мир (по словам Костюкова, "если мир создан Богом (что скорее всего)"), и того с которого пишется литература. Т.е. литература не является зеркалом реальности, а имеет с нею общий источник. Я так тоже думаю (именно это обычно и нравится в критических статьях), я ещё вывожу из этого архетипического источника музыку и изобразительное искусство и пр. Я не сделал выводов и оставил в голове жёсткую структуру, архетип шара, окружённого проективными "формами существования", расположив уровень интерсубъекта в транспортных узлах. Теперь я могу говорить: вот моя теория, когда я был молодой. Или: вот так я думал, когда я был молодым. Так, чтобы было непонятно, думаю я теперь всё так же, или уж одумался.
Мне понравились заметки для Костюкова, и, значит, я так думаю. Но выводы Костюкова мне не нравятся. "Никаких гарантий, однако, нет." А заметки нравятся.

Ещё несколько вещей. Во-первых, я не знаю, можно ли написать две скобки, если между ними кавычки.
Во-вторых, попавшиеся на глаза два стихотворения, между которыми почти 50 лет,

Сухие листья, сухие листья,
Сухие листья, сухие листья,
Под тусклым ветром, кружат, шуршат,
Сухие листья, сухие листья,
Под тусклым ветром сухие листья,
Кружась, что шепчут, что говорят?

Трепещут сучья под тусклым ветром;
Сухие листья, под тусклым ветром,
Что говорят нам, нам шепчут что?
Трепещут листья, под тусклым ветром,
Лепечут листья, под тусклым ветром,
Но слов не понял никто, никто!

Меж черных сучьев синеет небо,
Так странно нежно синеет небо,
Так странно нежно прозрачна даль.
Меж голых сучьев прозрачно небо,
Над черным прахом синеет небо,
Как будто небу земли не жаль.

Сухие листья шуршат о смерти,
Кружась под ветром, шуршат о смерти:
Они блестели, им время тлеть.
Прозрачно небо. Шуршат о смерти
Сухие листья,- чтоб после смерти
В цветах весенних опять блестеть!

1913, Опалиха


Проплывают облака

Слышишь ли, слышишь ли ты в роще детское пение,
над сумеречными деревьями звенящие, звенящие голоса,
в сумеречном воздухе пропадающие, затихающие постепенно,
в сумеречном воздухе исчезающие небеса?

Блестящие нити дождя переплетаются среди деревьев
и негромко шумят, и негромко шумят в белесой траве.
Слышишь ли ты голоса, видишь ли ты волосы с красными гребнями,
маленькие ладони, поднятые к мокрой листве?

"Проплывают облака, проплывают облака и гаснут..." --
это дети поют и поют, черные ветви шумят,
голоса взлетают между листьев, между стволов неясных,
в сумеречном воздухе их не обнять, не вернуть назад.

Только мокрые листья летят на ветру, спешат из рощи,
улетают, словно слышат издали какой-то осенний зов.
"Проплывают облака..." -- это дети поют ночью, ночью,
от травы до вершин всё -- биение, всё -- дрожание голосов.

Проплывают облака, это жизнь проплывает, проходит,
привыкай, привыкай, это смерть мы в себе несем,
среди черных ветвей облака с голосами, с любовью...
"Проплывают облака..." -- это дети поют обо всем.

Слышишь ли, слышишь ли ты в роще детское пение,
блестящие нити дождя переплетаются, звенящие голоса,
возле узких вершин в новых сумерках на мгновение
видишь сызнова, видишь сызнова угасающие небеса?

Проплывают облака, проплывают, проплывают над рощей.
Где-то льется вода, только плакать и петь, вдоль осенних оград,
всё рыдать и рыдать, и смотреть всё вверх, быть ребенком ночью,
и смотреть всё вверх, только плакать и петь, и не знать утрат.

Где-то льется вода, вдоль осенних оград, вдоль деревьев неясных,
в новых сумерках пенье, только плакать и петь, только листья сложить.
Что-то выше нас. Что-то выше нас проплывает и гаснет,
только плакать и петь, только плакать и петь, только жить.

1961


Если б я был Якобсоном, я провёл бы сравнительный анализ. Но я другой, и я почитал их вслух жене, и ещё несколько.

И последнее - фильм "Война", который мы вчера посмотрели за вычетом нескольких минут, во время которых, по словам вычетавшего, русским солдатам отрезают головы. Фильм даже показался хорошим, я хочу сказать, не претендуя на интерсубъект, он мне понравился. Он обладает всеми качествами хорошего боевика, держит в напряжении; но он не боевик, он построен на основе непрерывного мрака, который сейчас.
Так в фильме Алена Ресне и Маргерит Дюра "Хиросима мон амур" (из-за прослушивания новой песни Гребенщикова вспоминается старая и хочется неприятно (в данном контексте) пошутить) история любви построена на известных событиях (это не спекуляция темой, как, например, у Шпильберга - я знаю, с кем я спорю), причем на экране мелькают изуродованные трупы и на некоторых сценах люди выходят из зала, а фильм про любовь.
"Война" тоже про любовь, там красавица (я знаю, с кем я спорю) Ингеборга Дапкунайте.

Я нахожу здесь старых друзей, мне приятно читать их дневники, и я думаю о том, что, возможно, всё таки, не только для себя эти заметки (то есть, надо писать меньше и по делу, как в письмах родственникам).

Скоро осень, всё изменится в округе.
Subscribe

  • седьмая попытка поговорить с хренотенью на острые темы

    Начал с Пришвина. Оказалось, что Пришвин прав, и "не все знают, что самая-самая хорошая клюква, сладкая, как у нас говорят, бывает, когда она…

  • порыв

    Затесался в прекрасную компанию в новом полиглотском выпуске " Двоеточия": напечатался там по-английски. Для сопоставления представлены несколько…

  • тридцать восьмая минута: третье лицо

    В фильме "История любви" (En kärlekshistoria, 1970), который Рой Андерссон снял в молодом возрасте, речь идёт о первой любви подростков и о…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments