Алексей Фукс (afuchs) wrote,
Алексей Фукс
afuchs

  • Music:

überhaupt kein Tier (про мальчиков и девочек)

Вот две цитаты, связанные с жизнью очень разных персонажей разного пола из разных произведений разных авторов (Манн, Канетти).
В этом посте будет короткое введение к цитатам, затем цитаты, затем короткое выведение из цитат. Цитаты снабжены каноническими переводами и являют собой центральную часть поста, топографически и социосемиосемантически.

В романе немецкого Томаса Манна "Будденброки" (1901) на данном здесь этапе подходит к концу беззаботное инфантильное житьё 18-летней девицы Тони Будденброк, которая в ближайшем будущем вынуждена будет отказаться от своих любовных идеалов и выйти замуж за назойливого урода по имени Грюнлихь. Тони гуляет с любовным идеалом по имени Мортен Шварцкопф и обречённо переживает, потому что знакома с литературными обязательствами подобных ей бесталанных персонажей.


Sie gingen den Strand entlang, ganz unten am Wasser, dort wo der Sand von der Flut benetzt, geglättet und gehärtet ist, so daß man mühelos gehen kann; wo kleine, gewöhnliche, weiße Muscheln verstreut liegen und andere, längliche, große, opalisierende; dazwischen gelbgrünes, nasses Seegras mit runden, hohlen Früchten, welche knallen, wenn man sie zerdrückt; und Quallen, einfache, wasserfarbene sowohl wie rotgelbe, giftige, welche das Bein verbrennen, wenn man sie beim Baden berührt...
»Wollen Sie wissen, wie dumm ich früher war?« sagte Tony. »Ich wollte die bunten Sterne aus den Quallen heraus haben. Ich trug eine ganze Menge Quallen im Taschentuche nach Hause und legte sie säuberlich auf den Balkon in die Sonne, damit sie verdunsteten … dann mußten die Sterne doch übrigbleiben! Ja, schön … Als ich nachsah, war da ein ziemlich großer nasser Fleck. Es roch nur ein bißchen nach faulem Seetang …«

Они шли берегом у самой воды, где насыщенный влагой песок так тверд и гладок, что ходьба по нему нисколько не утомляет, и где в изобилии рассыпаны мелкие белые ракушки, самые обыкновенные, но попадаются и крупные, продолговатые, переливчатые, как опал; а также желтовато-зеленые мокрые водоросли с полыми плодами, которые издают треск, если их раздавишь, и множество медуз — простых, цвета воды, и ядовито-красных или желтых — стоит наступить на такую во время купанья, и тебе обожжет ногу.
— Хотите, я вам расскажу, какой глупышкой я была когда-то, — сказала Тони, — я все старалась добыть из медузы пеструю звезду. Я набирала в носовой платок целую кучу этих тварей, приносила их домой и аккуратненько раскладывала на балконе, когда там было солнце, чтобы они испарялись... ведь звезды-то должны были остаться! Как бы не так!.. Придешь посмотреть, а там только большое мокрое пятно и пахнет прелыми водорослями.
(пер. Наталии Ман)


(Это один из моих любимых пассажей в немецкой литературе.)

В романе сами разбирайтесь какого писателя Элиаса Канетти "Ослепление" (1935) асоциальный хрен сорока лет отроду, жизнь которого до тех пор протекала в библиотеке, решает жениться на экономке, через 8 лет службы коварно обнаружившей мнимую склонность к учению и любовь к книгам. На экономку неизменно надета синяя перекрахмаленная юбка, наводящая героя на тяжёлые думы. Здесь нужно заметить, что хотя и так всё довольно ясно, в оригинале предметом размышления является "Muschel", действительно моллюск, но настолько женского рода, что это слово и теперь ласково¹ обозначает женский половой орган, примерно, как английское pussy и французское chatte. Кроме того, неумолимо надвигающееся обязательство первой ночи сильно заостряет (не)двусмысленность текста (ср. досл. "он никогда ещё не видел ни одну голую"). Впрочем, к переводу придираться нехорошо, тем более, что получилось как-то даже на Олешу похоже.


...wie damals als Junge am Meeresstrand. Die Muschel gab keine Ritze nach. Er hatte noch nie eine nackt gesehen. Was für ein Tier hielt die Schale mit solcher Kraft zu? Er wollte es wissen, sofort, er hatte das harte, hartnäckige Ding auf den Händen, mit Fingern und Nägeln plagte er sich, die Muschel plagte sich auch. Er gelobte sich, nicht einen Schritt von der Stelle zu tun, bevor sie erbrochen war. Sie gelobte das Gegenteil, sie wollte nicht gesehen sein. Warum schämt sie sich, dachte er, ich laß sie dann laufen, meinetwegen mach' ich sie wieder zu, ich tu' ihr nichts, ich
versprech' es, wenn sie taub ist, soll ihr doch der liebe Gott mein Versprechen ausrichten. Er verhandelte einige Stunden mit ihr. Seine Worte waren so schwach wie seine Finger. Umwege haßte er, nur gerade gelangte er gern an sein Ziel. Gegen Abend fuhr ein großes Schiff vorbei, weit draußen. Er stürzte sich auf die mächtigen schwarzen Buchstaben an der Seite und las den Namen »Alexander«. Da lachte er mitten in seiner Wut, zog sich blitzrasch die Schuhe an, schleuderte die Muschel mit aller Kraft zu Boden und führte einen gordischen Freudentanz auf. Jetzt war ihre ganze Schale umsonst. Seine Schuhe zerdrückten sie. Bald lag sie splitternackt vor ihm da, ein Häuflein Elend, Schleim und Schwindel und überhaupt kein Tier.

...как тогда в детстве на берегу моря. Раковина не приоткрывала ни щелки. Он никогда не видел голого моллюска. Какую тварь прятала скорлупа с такой силой? Он хотел это узнать, тотчас же, в руках у него была твердая, упрямая штука, он мучился, орудуя пальцами и ногтями, моллюск мучился тоже. Он поклялся себе, что не сойдет с места, пока не взломает раковину. Моллюск поклялся себе в противном. Моллюск не хотел, чтобы его увидели. "Почему моллюск стыдится, — думал он, — я потом отпущу его на волю, даже снова закрою, я не причиню ему никакого вреда, обещаю, если он глухой, то пусть боженька передаст ему мое обещание". Он уговаривал раковину несколько часов. Его слова были так же слабы, как его пальцы. Окольных путей он терпеть не мог, двигаться к цели он любил только напрямик. Под вечер мимо проходил большой пароход, далеко в море. Он, Кин, ринулся на могучие черные буквы на борту и прочел название «Александр». Тут он рассмеялся среди своей ярости, мгновенно надел башмаки, швырнул раковину изо всех сил на землю и, ликуя, сплясал на ней гордиев танец. Теперь вся оболочка моллюска оказалась ненужной. Его башмаки раздавили ее. Вскоре моллюск лежал перед ним нагишом, комочек беды, слизи и надувательства и вообще не животное.
(пер. Соломона Апта)


Ну, тут уже и выведения-то никакого не надо.

¹ По версии авторитетного Дудена — развязно, salopp.
Tags: galoot
Subscribe

  • картотечка

    Вдруг оказалось, что уже никогда не путаю. Классовость Стилистика Тематический комплекс Среднее имя Raymond Carver бедный средний…

  • Faith in the leaping

    1. Сердитые мужчины из Ноттингема Во вступлении к последнему рассказу в известном сборнике "The Loneliness of the Long Distance Runner" Алан…

  • Short Story Bingo #6

    Peter Stamm, Wir fliegen из одноимённого сборника Относительно молодой немецкий швейцарский писатель пишет соответственно очень близкую…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments