Алексей Фукс (afuchs) wrote,
Алексей Фукс
afuchs

  • Music:

La mort de l'Auteur (о фильме "Елена")

Этот пост - проплачен.

Есть режиссёры, которых я не люблю или не понимаю. Я их имена в других случаях называю охотно, а теперь не стану, потому что Андрей Звягинцев, на мой взгляд, вообще не режиссёр. В сети подобное творчество наводит на мысль, что автор - бот. Фильмы Звягинцева (которых я посмотрел, к сожалению, два) наводят на мысль, что автор - случайное завихрение, ком облоя, какое-то плохо контролированное явление, утечка, взбрызг.
Когда я был маленький, я не умел вырезывать лобзиком. Он застревал и ломался. Чтобы хоть что-нибудь сдать трудовику, я подобрал под чьим-то верстаком дощечку, из которой мой умелый одноклассник вырезал части тела какой-то зверюшки. Я взял разноцветные фломастеры и разукрасил дощечку так, что пустые места превратились в замысловатые элементы архитектуры какой-то вычурной крепостной стены. Трудовик был, наверно, пьяным и поставил мне пять.
У меня, несмотря на импликации этой умилительной истории, во время просмотра кинолент не задействуется творческое восприятие пьяного трудовика, и в фильмах Звягинцева я вижу только пустые места. И всё, что в них есть замысловатого и вычурного, я склонен приписать оператору Михаилу Кричману.
В фильме "Елена" нехитрый сюжет:

у пожилого богатея есть своя дочка, непутёвая бездельница и наркоманка, а жена его, вторая, из простых, и у неё - сын с семьёй. Дочке он деньги даёт на глупые капризы и просто так, а в семью жены на отмазку её внука от армии давать отказывается, пусть, говорит, отец семьи заботится о своих. Оттого у них конфликт с тихим горьким плачем, и заглавная героиня решается на достоевщину: и без того ослабленного инфарктом мужа травит виагрой до того, как ему, ослабленному, удаётся составить завещание и пустить таким образом все деньги дочке на ветер. Дочка получает половину, внука отмазывают, а бедная неприглядная семья с периферии, куда не идёт метро, въезжает в эстетически умилительную квартиру в хорошем районе.
Сюжет этот настолько безупречен, что придраться не к чему: всё в нём неважно.
Основной драматический конфликт ("не дам денег!") оформляется, кажется, по прошествии примерно часа. За двадцать минут до конца фильма просмотр становится почти невыносимым, возникает сенсорный голод, нужно отвести глаза и поразглядывать, например, обои. Действия героев, кажется, никак не привязаны к самим героям, а только обусловлены сценарием; возникает особый кинематографический жанр: фильм, снятый по сценарию.
Но довольно охаивания в возвышенных тонах. Посмотрим же на наших героев.

Главная героиня Елена. Была медсестрой, теперь живёт на всём хорошем, т.к. вышла замуж на исходе лет за пациента, тоже на исходе, который богат, и о котором отдельно. Любит ли она его? Она продолжает за ним ходить, убирать, будить его по утрам (что-то материнское есть в её домашнем поведении, но эта мысль заведёт нас в плакатное), кормить. Любит ли она его, остаётся неясным. Но, наверно, любит, т.к. иначе конфликт получается жидкий - "не любила и убила" не так интересно, как "любила, и всё равно убила". Есть сцена утешительного старческого секса, но кто кого утешает, всё равно неясно: дедушка погорячился, потом посюсюкал и увёл смущённо хихикнувшую бабушку на ложе. Нам показали увод и лифчик со спины пост фактум. Спят супруги, кстати, как правило, отдельно, но это скорее западное, чем психологичное. Многие супруги спят отдельно. Бабушки и дедушки любят свой прайвет спейс. Дедушка засыпает под телевизор, пастью кверху, к чему это тихой и скромной, но пожилой и немного героической медсестре? В общем, любит ли Елена своего супруга, похоже, неважно.
Как насчёт отношений между Еленой и её простой семьёй с периферии? Елена регулярно ездит к семье в ебеня, регулярно даёт им немножко денег, носит колбасу, ходатайствует за сына, что естественно вполне, я видел это в других фильмах тоже. Приходя к ним в гости, не вызывает почти никакой реакции (привет, мама), старший внук-балбес вообще не хочет оторваться от приставки, чтобы "пообщаться" за кухонным столом. Зато годовалый умилительно общается с любящей бабушкой. Глазу не на чем остановиться. Обстановка заурядная. Тема не важна.
Кстати, сама сцена убийства примечательна не тем, что Елена действует решительно, но сильно волнуется - это бывает, когда происходит в фильмах убийство. А то, что Елена достаёт с полки том какого-то очень многотомного общеобразовательного издания, чтобы посмотреть в нём медицинские подробности действия виагры (она же сама медик, думает в это время зритель), заслуживает приз зрительских симпатий. Это, наверно, осознанное творческое решение - энциклопедия печатная, а не интернет. Простая же женщина.

Потерпевший - российский нувориш, в две тысячи одинадцатом году уже вполне законный, однако, надо понимать, что деньги он назарабатывал в девяностые, а значит, вряд ли исключительно засчёт делового таланта. На похоронах у него сидит некоторое каличество разнообразных людей, один военный чин, неважно. Деньгами он теперь распоряжается сурово, по-своему, по-собственнически, но сорит на дочь, которую, вроде, сильно любит (ну, дочь потому что, наверно). Он наслаждается богатой старостью, ходит в тренажёрный зал с бассейном (вернее ездит, под сопровождение неважно какой музыки, но немножко оперы, конечно, зрителю в салоне зарубежной автомашины дают послушать). Дочь открыто говорит про него (Елене) как про бабника. Это нам дают понять также несколько кадров в тренажёрном зале, в бассейне, и в больнице. В зале мимо него проходит какая-то баба, он на неё как бы пялится, она как бы с презрительным вызовом смотрит в ответ. Поскольку эта сцена непосредственно предшествует инфаркту (или что там с ним в бассейне произошло), а оперная музыка в машине в сочетании с бассейном навевает мысли о Кисловском, хочется подозревать что-то метафизическое, но то ли актёрке об этом не сказали, то ли режиссёр запутался, короче, этот метафизический момент вышел как-то невнятно. Или он не так важен был в общей схеме событий.

Здесь, в связи с потерпевшим дедом, можно сделать отступление от персонажей к сценам. В фильме есть несколько сцен не то, чтобы вообще интересных, но приближающих конклюжнс данного эссе, а приблизиться к конклюжнс наверняка уже сейчас хочет каждый. С дедом связаны in my book, кроме невнятных сцен, упомянутых выше, ещё две сцены:
а) вот он выезжает из гаража, а через дорогу идёт группа (понаехавших?) рабочих. Дед спокойно сидит в машине и ждёт, пока они перейдут. Зритель сидит перед экраном и получает время на то, чтобы подумать, чего он ждёт. Говорят, это дед так спокойно ждёт потому, что, типа, рабочие люди, а он рабочих уважает - вот, говорит же он Елене, например, сын твой пусть пойдёт работать и обеспечит семью. Это со стороны фильма, конечно, тонкая характеризация. Рабочие ещё потом играют в футбол в конце фильма, т.е. они подчёркнуты дважды, скорее, как обслуживающий персонал, обеспечивающий деду его благосостояние, а не как честные люди. Но эти тонкости, пожалуй, не слишком необходимы и не очень важны.
б) после отбытия слабоватого деда из больницы в пустой палате забывают оператора, и он снимает, как сестра устраняет следы пребывания там пациента. Это странная сцена: её смысл либо настолько тривиален, что стыдно о нём даже писать, либо же глубок и приводит меня прямиком к конклюжнс, с которыми, однако, прийдётся подождать.

Дочь потерпевшего выделяется наглой непосредственностью незрелой наркоманки, но папу своего любит довольно сильно, хотя и утверждает, что только за деньги. Возможно, актриса не поняла роли, но не мне судить. Любовь к отцу подчёркивается внезапной сценой скупого плача с эротично заголёнными ляжками. Наглая непосредственность выражается словом "дерибанить" в кабинете у адвоката, где убитая горем вдова узнаёт об удаче своего предприятия, т.е. об отсутствии завещания. Дочь один раз говорит с Еленой (говорит ей, что ничего ей не жаль, и нехрен ей советовать, когда пойти к отцу в больницу, и вообще мозгоёбствовать, что вполне резонно) и один раз с папой. В последнем случае она произносит проникновенный достоевский (или даже тургеневский) монолог, глубокий философский смысл которого сводится к тому, что нечего плодить себе подобных, потому что "мы все" недолюди. Этот монолог, несмотря на всю свою глубину, не говорит мне о (современной? русской?) молодёжи ничего, т.к. я подобные вещи уже читал в классической литературе и даже сам думал лет в восемнадцать. Папа, к слову сказать, реагирует так же, как отреагировал бы и я: ухмыляется и предлагает взять-подержать его за ручку.

Семья Елены, по очереди.
1. Сын: плюёт с балкона, играет со своим сыном-подростком на приставке (т.е. потакает, а не воспитывает), ошивается дома вместо того, чтобы работать (хотя, в принципе, неясно насчёт этого, может он в ночную), любит выпить, но жена прячет. Рожает детей.
2. Жена сына: ходит в трениках, прячет выпить, рожает детей. Беременна.
3. Сын сына: не хочет тусоваться с бабушкой на кухне, играет в приставку, плюёт с балкона, ходит с пацанами пиздить других пацанов. Сцена пиздилки довольно динамичная, но никакого смысла, судя по всему, не несёт. Кончается она тем, что герою дают суровой пизды, но он потом нормально, очухивается. Эта сцена, кстати, была моей последней надеждой на то, что в фильме что-то произойдёт. Но она оказалась не решающей.
4. Младший сын сына. Очень маленький. Тусуется с бабушкой.

И, наконец, несколько значимых сцен. Есть в фильме две сцены, которые кажутся немного метафизическими. Первая случается с семьёй Елены, когда Елена-убийца привозит много денег. Все выпивают, и тут вырубает свет. Сын суётся в подъезд, пробки там, люди ходют, ругань. Я думал, может, сейчас его по голове стукнут, в квартиру войдут (пацаны там внизу в трениках сидели), деньги заберут. Потом думал, внук, ради которого Елена, так сказать, душу дьяволу, деньги заберёт сам, и пойдёт к пацанам (внизу в трениках сидели), они там тачку купят или чо, короче, движняки какие-нибудь будут. Но нет: всё на месте, темнота чисто метафизическая. Затем сцена пиздилки, но она не так важна.
Вторая сцена: камера висит над застеленной кроватью убитого деда, на которой оставили спать малыша. Малыш просыпается и встаёт на карачки. Это сильно подчёркнуто сделано. Ракурс необычный, длительность значительная. Я, выращенный на фон Триере and the like, жду, что малыш сверзнется с кровати, будет крик, что-то начнёт происходить. Семья там, вьехавшая в квартиру деда, пивцо попивает, семечки, с балкона плюют - так малыш поза диванами и с балкона? Но нет. Сцена значима сама по себе: где дед был мёртвый, теперь малыш ползает ("на тёмном покрывале", ямбически замечает одна журналистка (см.ниже). Избито, но метафизично.

Надо сказать, что две другие вещи мне действительно понравились: во-первых, собственный зачаток возмущения по поводу въезда простолюдинов с детьми и семками в дизайнерскую квартиру, быстро подавленный стыдом за самое себя, и, во-вторых, комическая сцена с доктором, который упрекает вдову в инфантилизме за использование виагры - сначала это кажется возмутительным, а потом (она же сама и убила!) получается своего рода double take.

И всё же я прихожу к единственно возможному заключению: если этот фильм снял Андрей Звягинцев, то Андрея Звягинцева не существует. Есть оператор, есть полсценариста, есть музыка с барского плеча Филипа Гласса (явно не для фильма писанная, но многозначительно использованная в отобранных, кажется, искусственным интеллектом моментах), а режиссёра - нет. Актёрскую игру оценить крайне сложно: хотя ключевые сцены сыграны откровенно топорно, некоторые моменты показывают, что так и надо, потому что не это важно. Оператор снимает красиво, с разных ракурсов. О сценариях я судить не умею - дураку полработы не показывай, но уверен, что по хорошему сценарию можно снять плохой фильм, и даже наоборот, но здесь ведь дело не в этом. Невозможно сказать даже, какой это фильм. Но ясно одно. Фильм никто не снимал. Он как-то сам случайно сложился. Его режиссёр - мним.



Пост скр. Некоторые могут сказать, что мол "про всех про нас" же. Это ж парадигма. Это ж Россия сегодня. Единственное моё возражение состоит в том, что здесь имеет место конфликт между концептом ("от молодого британского продюсера Оливера Данги поступило предложение снять фильм на тему Апокалипсиса") и творческим решением ("В основе сюжета - реальные события, свидетелем и даже участником которых был сам Олег [(Негин) - это сценарист - А.Ф.], и происходили они в России, в Москве. ... Первоначально нашу героиню звали Хелен, а Владимира - Ричардом.") Цитаты - из интервью в "Русской Газете" (http://www.rg.ru/2011/09/15/elena-poln.html). В этом интервью интересно ещё высказывание журналистки: "Мне казалось, что это какая-то Cкандинавская страна: холодная, размеренная, с высоким уровнем жизни и высоким уровнем самоубийств. Россия появлялась там, только когда возникала семья сына Елены." Типа, в других странах безработицы, гопоты и не дай боже коррупции не бывает. И уж конечно никакой "пропасти между богатыми и бедными".
Tags: смешные звери!
Subscribe

  • и другие звери

    Из Берлинского Зоопарка украли мои данные, сообщает мне это учреждение, где я, как оказалось, состоял на учёте. Обстоятельная проверка показала, что…

  • вербальный простезис

    Из тех, кто находит повод подарить книжку и написать в ней, зачем они это делают, наиболее многословными оказываются молодые люди, преимущественно…

  • home cinema deluxe emporium premium+ galore +subs

    Несколько волшебных мгновений в домашнем кинотеатре. November 2020 - February 2021

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments

  • и другие звери

    Из Берлинского Зоопарка украли мои данные, сообщает мне это учреждение, где я, как оказалось, состоял на учёте. Обстоятельная проверка показала, что…

  • вербальный простезис

    Из тех, кто находит повод подарить книжку и написать в ней, зачем они это делают, наиболее многословными оказываются молодые люди, преимущественно…

  • home cinema deluxe emporium premium+ galore +subs

    Несколько волшебных мгновений в домашнем кинотеатре. November 2020 - February 2021